Среда , Август 23 2017
Харьков LIVE / Новости / Почему мы видим в городе так мало людей с ограниченными возможностями? — Интервью
invalid2

Почему мы видим в городе так мало людей с ограниченными возможностями? — Интервью

Почему они не сидят за соседним столиком кафе, не стоят в очереди к кассам в супермаркете, не трудятся с нами рядом офисе? Не поверите, они не страдают дома, преодолевая боль, они преодолевают ступеньки и стереотипы.

Мы общались с Ольгой Подпружниковой, преподавателем кафедры журналистики ХНУ имени Каразина, жизнерадостной девушкой с потрясающим чувством юмора. Ольга в свое время закончила родную кафедру, защитила диссертацию, теперь работает тут с заочниками. Она преподает психологию журналистики, свой профильный предмет – «Реклама», и дисциплину “Проблематика газетных выступлений (Социум, культура)”. Один небольшой нюанс, на кафедру Ольге мешает самостоятельно попасть отсутствие лифта, к сожалению, не решаемая проблема из-за особенностей строения университета.

ХЛ: Ольга, как Вы сегодня добрались до кафедры?

В целом, университет очень дружелюбен к людям с ограниченными возможностями, на входе есть пандус, с первого этажа до седьмого можно доехать на центральном лифте, потом до десятого – на общем. Единственное, кафедра находится на одиннадцатом этаже, куда его технически невозможно пустить. От того приходится просить помощи. Но ещё когда я была студенткой, «случайные прохожие» всегда отзывались, и большой проблемой это не было. И сейчас, как оказалось, мои коллеги-доценты и профессора замечательно подготовлены не только интеллектуально, но и физически.

Ольга Подпружникова

ХЛ: А что касается дороги от дома до работы, насколько инфраструктура города доступна в этом смысле?

Городской транспорт это отдельная проблема. Да, в городе закупили низкопольные автобусы, троллейбусы и говорят о том, что у нас теперь доступный транспорт. На самом деле, это не совсем так. К сожалению, водители совершенно не представляют и не хотят представлять, как им пользоваться человеку с ограничениями. В большинстве своем эти автобусы оснащены пандусом, но допроситься, чтобы его открыли, практически невозможно. К примеру, стою я на остановке, автобус остановился в метре от бордюра, внутрь я уже не попаду. Хотя водитель меня прекрасно видел, просто он во мне не заинтересован, потому что я отношусь к льготной категории. Раньше чиновники замечать и контролировать эту ситуацию не хотели, боялись потерять и так немногочисленные кадры. Но сейчас уже водителей увольняют после ситуаций, когда они видят человека с инвалидностью на остановке и либо вообще не останавливаются, или проезжает как можно дальше. Также мы своими силами боремся с этой проблемой. Проводим эксперименты: берут человека на коляске, с ним, в качестве сопровождающего, идет чиновник из Департамента транспорта, которому наглядно показывают всю эту ситуацию. Куратор таких экспериментов – организация «Креавита», которую возглавляет Елена Шингарева, они и занимаются вопросами доступности.

ХЛ: А вы обычно пользуетесь только общественным транспортом?

— Не только, ещё у нас есть специальная услуга «Инватакси». Вот сегодня я ей воспользовалась. Она дает возможность три раза в месяц бесплатно куда-то поехать и вернуться. Иногда действительно спасает, потому что машина подается ко времени, заранее оговоренному, также оговаривается время, когда необходимо вернуться обратно. Но в основном, конечно, приходится пользоваться общественным транспортом, потому что три поездки в месяц совершенно не покрывают необходимости человека. Ещё сейчас существует услуга сопровождения в метро. То есть, можно заранее позвонить, сообщить на какое время и куда нужно ехать, и охрана выйдет и поможет спуститься вниз, сопроводит и вытащит наверх. Действительно, появление такой услуги – это было целое событие, которое состоялось буквально несколько лет назад.

Ольга Подпружникова

ХЛ: Почему мы не видим в городе людей с ограниченными возможностями?

Основная проблема, которая мешает жить полной жизнью человеку с проблемой передвижения, это архитектурная недоступность. Не каждый может выйти из дома, по крайней мере, без посторонней помощи. Я долгое время жила на втором этаже, в доме без лифта (пятиэтажке), и рассмотрены были все варианты, включая внешний лифт, но это дорого. Сейчас я переехала, живу на первом этаже с отдельным входом, специально оборудованным, потому как в подъезде свободному передвижению препятствуют те же ступеньки. Теперь я могу спокойно выходить из дома. Казалось бы, да, простому человеку, выйти из дома обычное дело, а это оказывается для некоторых проблема. Не каждый может также зайти в нужный ему магазин.

“Я не преодолеваю боль, я преодолеваю ступеньки”

Больше всего мешают стереотипы, которые существуют у нас в обществе. Те же, например, владельцы магазинов, салоны красоты и так далее, они не всегда хотят оборудовать свои помещения, потому что не рассматривают человека с инвалидностью, как своего клиента. Ведь существует стереотип, что человек с ограниченными возможностями – это глубоко несчастный больной человек, который только сидит дома, страдает, получает пенсию и ему ничего больше не нужно. Такое впечатление, что у нас вся жизнь боль, и мы постоянно что-то преодолеваем. Нет, я преодолеваю ступеньки. Да, у нас есть свои физические особенности, но мы привыкаем к этому, это не является каждодневной проблемой. Вы уберите ступеньки, уберите узкие проемы, какие-то недоступные объекты, и мы будем совершенно счастливы, точно так же, как и вы.

Ольга Подпружникова

У меня есть знакомый в Лондоне, у которого жена на коляске. Там они ходят на дискотеки, в то время как у нас был случай, когда девушку на коляске просто не пустили в один из клубов. Она подала в суд, СМИ поддержали оглаской, и она выиграла. Тут же вопрос стереотипа, когда выходит вышибала и спрашивает: «Зачем тебе туда нужно, ты на коляске, что, можешь танцевать?». А он не представляет, насколько иногда красиво могут танцевать люди на коляске.

ХЛ: Куда может пойти человек с инвалидностью?

Что касается других культурных заведений – выбор невелик. У нас частично доступен театр Муз. комедии. То есть, можно зайти, попасть в зал, но нельзя спуститься в раздевалку, которая находится в подвале. Наш оперный театр позиционирует себя как доступный, потому что там есть боковой вход, внутри в фойе есть подъемник, который позволяет попасть в зал. Но при этом остается незамеченной ступенька внутри зала. На этой ступеньке уже падали ребята на колясках, то есть самостоятельно их преодолеть невозможно. Недавно было проведено исследование наших судов. Из девяти районных судов, осмотренных людьми с ограниченными возможностями на предмет доступности, полностью не доступен вообще не один. Как ни странно, люди с инвалидностью иногда пользуются услугами судов.
Общество отказывает людям с инвалидностью в участии во многих сферах жизни. Хотя это такие же люди, которые хотят отдыхать, развлекаться, сходить за одеждой, купить продуктов.

ХЛ: А вы где-то путешествовали? За пределы города, страны?

За пределы города, безусловно. Раньше я ездила в Крым, там был специализированный санаторий в городе Саки, под Евпаторией. Приходилось пользоваться вокзалом, который доступен тоже только частично. Мы сами тестировали его, и выяснилось, что в пределах досягаемости только первые три платформы и достаточно трудно попасть к кассам. А тогда для поезда Харьков-Евпатория самая популярная была шестая платформа, и туда добраться самостоятельно было невозможно, как и подняться в сам вагон. Сейчас ходят спец. вагоны, которые оборудованы подъемником, большим купе и санузлом. Там все абсолютно доступно, но этот вагон нужно ещё поймать, потому что их буквально несколько в Украине, и подстраивают их так, чтобы, высадив одного человека, тут же в течение нескольких дней забрать другого и так далее. Очень часто бывает такое, что, обращаясь за 45 дней, получаешь ответ, что вагона в этот момент не будет.

Ольга Подпружникова

ХЛ: А обычным поездом?

Это очень сложно, и только с сопровождающим. На вокзале можно обратиться к службе, которая поможет, буквально на руках донесут, но чувствовать себя чемоданом не очень приятно. Одно дело, когда я поднялась в этот специальный вагон, чувствую себя нормально, если мне нужно в санузел, я спокойно проезжаю. Если мне то же самое нужно в обычном вагоне, я никак этим узеньким проходом не проеду. То есть я попадаю в купе и там остаюсь до конца пути.

ХЛ: Легко ли человеку с инвалидностью найти себе работу?

Эта проблема вытекает из всех предыдущих: добраться, попасть в помещение. Не каждый вообще хочет связываться, потому что это ответственность, необходимо будет создавать рабочее место в соответствии с ИПР (индивидуальная программа реабилитации, где закреплены требования к рабочему месту конкретного человека с инвалидностью). В связи с этим работать людям с ограниченными возможностями приходится чаще всего на дому. А хотелось бы, конечно, находится в социуме, чувствовать себя частью коллектива.

“Нет, я хочу красиво одеваться”

Главное, что должно понять общество, у нас те же самые потребности, желания отдохнуть желание отвлечься, купить продуктов, купить себе красивую одежду, мы не больные и не нищие. Раньше меня расстраивало, а сейчас вызывает улыбку, когда прихожу, например, в магазин, интересуюсь тем, что мне понравилось, а мне продавец говорит печально: «А это брендовая вещь, она дорогая, давайте я вам подешевле предложу». Нет, я хочу красиво одеваться, я хочу то, что мне нравится, мне не нужно дешевое. Почему человек с инвалидностью ассоциируется с бедностью, попрошайничеством? Видимо, пережитки прошлого. Потому что, в свое время, в отсутствие интернета и хоть какой-то доступности, действительно, такому человеку было сложнее устроиться на работу.

Ольга Подпружникова

Ольге действительно было чем с нами поделиться, но вот что меня особенно зацепило, когда она, как человек из журналистского общества, подметила интересный нюанс. Ольга спрашивает: «Часто вы, как журналист, замечаете, что людей с ограниченными возможностями привлекают в качестве экспертов, в качестве прохожего при блиц-опросе, например, который касается не темы инвалидности, а обычных насущных вопросов?». Я перелистываю в памяти все аналитические передачи и блиц-опросы. А ведь, правда, почти никогда (чтобы не сказать никогда). Ольга добавляет:

Большее, что могли бы сделать журналисты, пожалуй, в этой теме, это показывать людей с инвалидностью в обычных жизненных ситуациях. Ведь мы видим, какие темы освещают СМИ, привлекая людей с особенными потребностями: это медицинские темы, социальные, пенсионные вопросы, и, мой любимый вопрос, «преодоление сквозь боль». Такое однобокое освещение жизни людей с инвалидностью мешает воспринимать их как полноценных членов общества.

Первые задачи, которые необходимо решить городу: сделать доступной архитектуру, транспорт. Обществу, в частности, работодателям: избавляться от стереотипов. СМИ – помогать всем.

Ольга Подпружникова – преподаватель кафедры журналистики, спортсменка (играет в теннис), активный общественный деятель (пишет статьи, снимается в сюжетах).

“Определенных успехов мне достичь удалось, но это, к сожалению, сложно. Потому что не каждый выйдет из дому, где необходимо – попросит о помощи. Но это все можно пережить, главное, ставить цели и двигаться вперед”.

Ольга Подпружникова

  • Интересно (19)
  • Полезно (3)
  • Нормально (1)
  • Скучно (0)
  • Бред (0)

Наши партнеры